Ссылаясь на какую-то, нереальную тормозящую систему лицензирования и страхования у себя, амерские врачи и иммунологи всерьёз рассчитывают на наши ресурсы, в плане здешней простоты сокращения путей к клиническим испытаниям. Ок, никто не против менгеле-стайла, тащемта — многие готовы попробовать пилюлек на себе. Тока вот я пока не слышал о сколько-нибудь плотном изучении генетической онкологии тут. Может не там рою, знать бы — к кому обратиться.

Тем временем, 29 мая в Чикаго прошла встреча в рамках Аско. Судя по краткому отчёту, переданному Евгенией Гуткович членам группы больных Эпителиоидной Геменгиоэндотелиомой (EHE), спецы поделились своими наработками, закладывающими основу, как для исследований, так уже и для испытаний на обозримое будущее.

Семь пунктов для прогресса

  1. Отличительная генетическая составляющая EHE такова, что она работает на ранних стадиях его распространения. Так как в большинстве случаев EHE — это уже рак системный, его несложно заметить при радиологии. Доктор Рубин сейчас работает над возможностями био-маркировки для точного определения состояния, как прогрессии опухолей, так и их ответов на проводимое лечение. В этом плане, доктор Сет Поллак выдвинул идею выделения определённых клеточных передатчиков — цитокинов — для провокации иммунного ответа организма на прогрессии EHE. Речь о создании специфичных кровяных онко-маркеров.
  2. Рубин и Шютце работают над MEK-ингибитором для подавления роста белка опухоли. Рубин определяет эту терапию в качестве таргетной применительно к EHE, с довольно перспективными лабораторными результатами. На примере нескольких пациентов, уже были достигнуты положительные результаты.
  3. У Стачиотти было чем поделиться из опытов с Сиролимусом. Опыт применения в группе EHE-пациентов был позитивным при отсутствии быстрого прогрессирования опухолей. По её мнению, Сиролимус бесполезен для больных с активным ростом этого рака, но при медленном течении способен стабилизировать состояние.
  4. Выражена надежда на иммунно-таргетную работу по включению EHE в перечень реакций белка-иммуноглобулина PD-1, способного распознавать раковые клетки. (Ура! — прим. перев.)
  5. Всё ещё актуальна проблема неверной диагностики EHE. Принято решение о формировании списка центров саркомы, имеющих свой опыт в такой диагностике.
  6. Существует необходимость в комбинировании EHE-диагностики и гайдлайнов для менеджмента. Доктор Рубин взял на себя роль координатора этого проекта. Эксперты по саркоме примут участие в разработке мануалов, либо как минимум, перечня научно-исследовательских вопросов для проведения клинических испытаний на основе строгой фактологии. В течение года будет проведена однодневная конференция для обсуждения принципов научных разработок и клинических исследований уже в деталях.
  7. Было краткое обсуждение интервенционной процедуры необратимой электропорации, IRE (по сути, нетемпературной абляции), как перспективного местного вмешательства при печеночной форме EHE. Это относительно новый метод лечения, поэтому присутствовал минимум клиницистов, имевших здесь хоть какой-то опыт.

Участники

  1. Брайан Рубин — кливлендская клиника, наиболее плотные исследования.
  2. Скотт Шютце — мичиганский университет, Анн-Арбор.
  3. Сет Поллак — центр рака Фреда Хатчинсона, Сиэтл.
  4. Сильвия Стачиотти — национальный опухолевый институт, Милан.
  5. Джонатан Трент — онкологический центр Сильвестра, Майами.
  6. Брилин Вилки — онкологический центр Сильвестра, Майами.
  7. Роберт Бенджамин — центр рака доктора медицины Андерсона, Хьюстон.
  8. Кристиан Мейер — больница Джона Хопкинса, Балтимор.
  9. Дэвид Томас — центр рака Кингхорна, Сидней.
  10. Джейш Десаи — онкологический центр Питера МакКаллэма, Мельбурн.
  11. Робин Джонс — королевский госпиталь Марсден, Лондон.
  12. Дениз Рейнке — административный директор SARC.
  13. Джейн Гуткович — директор по исследованиям, Фонд EHE.
Поделиться
Ваш комментарий
адрес не будет опубликован

ХТМЛ не работает

Ctrl + Enter
Популярное
Логоперс