Предыдущая часть | Другие дневники по онкологии: Вотриент — Пазопаниб | Кверцизин
__

4 июня

Сдал в Артисмеде контрольные анализы по CD и клинике. Придут результаты — будем сравнивать с такими же, десятидневной давности для выявления эффективности приёма Кверцизина.

К 11 часам пошёл на назначенную компьютерную томографию в Онкодиспансер №2. Клоунада с тремя тысячами рублей продолжилась. Наглухо затюканный врач-рентгенолог Воронов так и не смог ответить на вопрос — отказывается ли он проводить обследование в соответствии с назначением врача Строяковского на условиях бесплатного медицинского обслуживания или продолжает настаивать на необходимости оплаты мной трёх тысяч рублей за контрастное вещество. Сначала Воронов пытался всучить мне какую-то бумагу, которую — то ли главврач 62-й МГОБ Махсон, то ли главный по бумажкам онкодиспансера Радлевич — подготовили в ответ на моё обращение в Минздрав об этом вымогательстве. Но бумажка не мне, а в Минздрав, мне она не нужна. Тогда Воронов стал связываться с Радлевичем. Через пару минут прибежал радостный и заявил, что мне в 409-й кабинет. На что я его огорчил своим нежеланием тратить время на его начальника, ничем не участвующего в моём лечении вообще и никак не причастного к процедуре конкретно. «Но вас там ждут, чтобы всё объяснить», пытался осчастливить меня высочайшим вниманием своего начальства Воронов. Пришлось просветить врача в том, что Радлевич — это его сюзерен, если ему так угодно. А мне он — ноль и пускай сам приходит, раз надо. На что, врач Воронов заявил, что без распоряжения свыше, выполнять положенную и жизненно необходимую процедуру, он не будет.

А мне это КТ реально и срочно надо сделать, чтобы начать курс приёма Пазопаниба, без которого моя опухоль будет расти и убивать. И этот «врач» в курсе дела. Ок, по сути возникновения конфликтной ситуации, я вызвал наряд полиции и сел писать заявление.

Пока ждал, Радлевич прислал на базар шестёрку — баритонистого менгрела Берая, на парфюме, отглаженного, тяжелее бумажки не державшего. Начав с попытки ознакомить меня с не мне адресованной бумажкой, ранее демонстрировавшейся Вороновым и внагляк заявив о чисто рекомендательном, но якобы вовсе не обязательном характере назначения процедуры врачом Строяковским процедуры «КТ с в/в контрастированием», Берая не встретил понимания с моей стороны его развода, расстроился и совсем раскапризничался. Стал петь про охрану, накидывать себе веса причислением к цеху сорокового градуса «мы» и наконец слился в двери — поминая всех пациентов, ставших очень умными, и оставив Воронову туманные инструкции на мой счёт.

Я дождался наряда, отдал заявление с копиями направлений на КТ полицейскому 018780, созвонился с юристом и пошёл платить 3000 рублей в кассу онкодиспансера. И КТ сделал, и чек на руки получил для суда. А Воронов, проведя процедуру на незаконно стребованные денюшки, стал расслаблен и мил. Я отдал ему диск с прежнего апрельского КТ для сравнения, получил приглашение быть завтра к двенадцати за результатами и отбыл. Завтра поглядим — что там мои крабики вытворяют, динамически.

5 июня

С утра из УБЭП-а САО звякнул товарищ полковник, занимающийся делом о вымогательстве в Онкодиспансере №2 САО Москвы, схожу к нему, доказуху отнесу. Дело затеяно с подачи мной обращения в ГУВД, после известных событий конца мая, когда медсестра рентгенолога врача Воронова в коридоре отделения томографии требовала от меня оплаты 3000 рублей в кассу — за контрастное вещество для уже давно назначенного проведения компьютерной томографии с внутривенным контрастированием. Кафка где-то рядом. События имели своим продолжением описанное под заголовком выше, от 4 июня.

Но сегодня я погнал туда же, только за получением результата таки пройденного обследования. Воронов вручил старый и новый диск, сразу порадовал новообразованием третьего очага в печени 0,6 см и отсутствием динамики роста по лёгким. Ок, Кверцизин действует более, чем явно. Теперь бы ещё до печени добрался и тогда совсем хорошо. Затем, Воронов сообщил о плевральной жидкости и о том, что её легко удаляют пункцией. При этом, посоветовал обратиться к почему-то химиотерапевту, якобы потенциально заинтересованному в этой жидкости, как в объекте исследования.

Это показалось странным и я решил посоветоваться с Афанасьевой, моим в общем-то онкологом, работающим в том же диспансере. Отсидел очередь, зашёл, всё ок, беседуем. Задаю вопрос о жидкости и чё с ней делать, отвечает «лечить Пазопанибом». Опа... Это как, спрашиваю, лечить плевральную жидкость сосудистым лекарством? На это Светлана Святославовна внезапно вываливается в дичайший батхёрт, заявляет о трудности общения со мной и выбегает из кабинета. Через пять сек забегает обратно, садится на место и ставит рядом с собой коллегу, тихую как мышь. Типа «поприсутствуйте». Я вот тут не понял — то ли Афанасьевой обо мне напели Махсоны, Радлевичи и примкнувшие Берая, велев фиксировать все случаи неудобных вопросов, то ли она сама уже работку не тянет. Так или иначе, вопрос о профнепригодности она себе уже поставила, наплевав на принцип соблюдения врачебной тайны, пускай дальше сама думает и общается на эту тему со старшими товарищами из надзорных.

А восьмого у меня врачебно-трудовая экспертная комиссия там же. Ещё увидимся.

8 июня

Двадцать первый век принёс меня и толпу страждущих всего лишь для записи на комиссию. Принёс на своих электронно-вычисленных крыльях. У железных ворот комиссии народ пишется аж в две очереди — одна для просто отдать документы и придти через месяц на саму комиссию, другая для пройти её. Потом нарисуется ещё и третья — забрать справку об инвалидности. Но это будет потом. А пока я еду обратно домой, извещённый о необходимости зайти через месяцок.

Пойду поищу в интернетиках — где у них кнопка. Месяц я ждать явно не буду.

9 июня

Мыслечтение работников инвалидской комиссии зашкалило и материализовалось в телефонный звонок с утра. «Мы решили немного подвинуть вашу очередь, тут нам сообщили, мы подумали, там настояли, здесь трали-вали, в общем приезжайте прямо сейчас». Святой истинный Кот — у меня никого нет в Министерстве распространения инвалидностей, оно всё само. Ок, съел Коринфара (химио-таргетно-терапевтический Пазопаниб стабильно нагнетает давление до 160 — 170), сгонял и получил две розовых справки о том, что я отношусь к первой группе, плюс — индивидуальную программу реабилитации. Судя по ней, я ни в чём не нуждаюсь. Это будет тема для отдельного разговора с чинарьками в халатах, при котором нужно будет учитывать факт выдачи им годовых премий за утаивание от белезных тех или иных полагающихся им аппаратов и процедур. Войнушка на войнушке.

11 июня

Химиотаргетный Пазопаниб, как-то без разминки и по-гитлерчекски, дал по почкам. Очень тянущие боляки, очень отдающие аж в бёдра. И это на фоне стабильного давления 170×120. Буду самостоятельно решать с этой пилюлькой, планомерно направляющей меня куда-то не туда, да ещё поперёд рака-батьки.

Отъел капсулу Кетанола и через час погнал в Пенсионный фонд. Чтобы стать пенсионером с книжечкой. С налёту не стал: пенсионные тётеньки включили свою тему «мы не знаем — из чего начислять, у вас много стажа за девяностые, ой-ой, несите справки». Надоело быстро, написал заяву, чтобы сами справки искали и свалил. Потом послушаю оправдания — на каком основании не назначили социальную пенсию до получения ответов по справкам.

14 июня

С Пазопанибом окончательный вопрос будет решён завтра. Жить пилюлька явно не даст. К химику идти с этим вопросом — никакого смысла. Мне уже однажды сказано, что для меня ничего нет.

16 июня

Прервал курс таргетной терапии два дня назад. Состояние намного интереснее, можно хотя бы сражаться дальше. Давление ещё продержится какое-то время, я думаю.

Отвёз стёкла своей биопсии на контрольное гистологическое исследование, за тыщу рублей. Будем посмотреть — то ли во мне сидит вообще. Послезавтра повезу диски с компьютерных томографий. Слишком уж часто, в процессе обследования, во мне находили и теряли очаги, сомневались в арифметическом знаке динамики роста опухоли. Надо, чтобы специалист глянул — во-первых, один и тот же, а во-вторых, опытный.

Смена формата записей

Начинаю вести болезные хроники общем потоке записей, согласно смыслу дневника. А то путаница и разматывание свитков.

Поделиться
5 комментариев
Ульяна

...и фамилии то у всех доХтуров как на подбор..И где же-где ж тот дядька Черномор???? Эх- Сталина на них не хватает....

Ульяна

А то вон Радлевич Бераю приславши....Нет бы БерИю прислать!!!!! Может тогда медицина начнет лечить и обследовать по ОМС?!

Антон Шигаев, эмоционал-провокатор

Про Берию надежда на Путина только. Радлевичи и Махсоны их обычно не компилировали.

Ульяна

Надежда женщина живучая-и к счастью -говорят-умрет последней!!!! Так что-все таки будем Надеяться-что которое то из писем Все таки дойдет до Владимира Владимировича-ну или до тех-кто Займется за расчистку в Минздраве...

Ульяна

Даааа..Клоунада продолжается однако...

Маша

Когда начинается воспаление или онкопроцесс, повышается проницаемость стенок сосудов, оттуда и жидкость. Это как при любом ОРЗ отечность эпителия. Происходит из-за того, что сильно впрягается иммунная система, именно ее белки и клетки эту проницаемость повышают. Так что жЫжа нормальному доктору много что скажет. Пункцию под УЗИ-контролем даже зверью делают без седации.

Антон Шигаев, эмоционал-провокатор

Как видно, нормальным доктором оказывается лишь заинтересованный материально, либо товарищ Фоменко из нашей поликлиники. Но он не онколог)

Ваш комментарий
адрес не будет опубликован

ХТМЛ не работает

Ctrl + Enter
Популярное
Логоперс