109 заметок с тегом

Онкология

Часа через четыре окажусь в 45 поликлинике, головная на районе. Станут делать томографию с внутривенным контрастом. Ту, которую, по мнению компетентных медчинарей, делать бесплатно в поликлиниках нельзя, «страхование не покрывает».

Но оксиморон медстандартов живёт лишь в их мечтах, а ощутимые пердаками статьи и животворящая аббревиатура «МЭС» — в реальности. Выбор оказался очевиден и, спустя пару лет, был сделан в пользу сохранения драгоценных аналов в своих креслах. После пинка под один, уважаемый в онкокругах, сральник, выбор стал и вовсе уж несложным.

Всего-то пара лет. Хуйня для сотенки-другой тысяч пациентов, обождут. Десяток тысчёнок покамест сдох? Ебать, проблема... Таков уж рак, ага. До чего ж мне нравятся универсальные мантры от щщей бледнохалатных...

Безвременно, под искрами, погибший комп просит обождать монтажа увлекательного кинофильма, с представленим от главврача в качестве центрового сюжета. «Мы же вам не враги, поймите» — называется. Одна серия, кабинетные съёмки, медсёстры не пострадали.

В рабочем названии определиться было нетрудно, разобраться трудно. Но оно есть, это главное:

  • «
  • — Вы на каком основании затянули диагностику на полтора месяца?
  • — А?
  • — С вашими подчинёнными, виновным в создании угрозы жизни и здоровью, определились?
  • — Кто?
  • »

* * *

Сижу, жду семи, трясуся. Спать нереал, релаксы жрать впадлу. Пора бы привыкнуть к херовой динамике рачка, но надежда — сука та ещё. Просто так не отпускает, дразнит «а вдруг попёрло». Может и пральн.

+

Итак. Очаги в лёгких и печени — подросли и увеличились, появились новые. Что до конкретики объёма и динамики, то они прояснятся по факту проведения пары-тройки контрольных сравнений дисков последних томографий. Поеду отдавать, по очереди, двум проверенным рентгенологам. И надо будет найти ещё одного, свежая кровь.

Про письменное заключение рентгенолога из 81 ГКБ, говорить не охота. Писуля откровенно пошлая, на «отъебись» — подробно не расписано ничего, зашкал общих фраз.

Такое не перепроверить — себе в борщ насрать.

Ну ок, тотального прекращения роста пока и не ожидадось. Всё-таки анализы с показателями распада, лейкоцитоза и эозинофильского жора, я стал получать совсем недавно. Нужно продолжать лечиться, двигаться и ждать следующих обследований. Пока же, сокращу частоту анализов крови до раза в неделю, чтобы исключить риск ошибок.

Врачишки

2-й онкодиспансер, как и метрополия 62 МГОБ — помалкивают. Не звонят, не пишут. Причём, дословно: лечащий врач Афанасьева тупо не отвечает даже на письменные обращения. Не вызывает и химик Белоногов. От говнарей типа завдиспансером Радлевича и стеснительного рентгенолога Воронова, каких-то вменяемых шагов и не ждёшь, но могли хотя бы формально отписаться, чтобы не ждать в гости прокурорских. В общем, развлекаются в меру своей упоротости, «врачи» наши.

На запрос к главврачу МГОБ 62, вместо выкинутого за шкирку Махсона, ответил его последовать Каннер. Этот решил вообще не заморачиваться фигнёй типа факт-чекинга и кинул мне письменный ответ, сняв «факты» со всех прежних сказок.

Речь о тех песнях, где я, оказывается, как-то неправильно общаюсь с этими дегегератами, внезапно не являюсь на несуществующие приёмы и, разумеется, отказываюсь лечиться. Последнее — любимая фишка этих подоночков, встречается наверное у каждого из пациентов. Второй год меня не вызывают, не отвечают на обращения, но «отказываюсь лечиться» исключительно я.

Почему бы и нет? Прокатывало же у них ещё и не такое. Другое дело, что не в судах, по которым меня предполагалось затаскать, параллельно оттянув проверки своих забавных медучреждений. Но решения судов в мою пользу, им настолько же без разницы, насколько будет отсутствовать контроль за исполнением их решений.

Сегодня человеку-саркоме его тушка напомнила про иммунитет, причём сразу несколькими показателями анализов крови и писек — они чёт оказались задранными более чем. Не сказать, что внезапно; не сказать, что человек ничего для этого не предпринимал. И всё же, на фоне осторожного отношения к надеждам, это более, чем кое что.

so...

Лейкоциты — в два раза.
Эозинофилы — раз наверное в пять.
Калий, кальций и фосфор тоже отметились.

Что нам это даёт в свете оценки выбранного пути? До хуя чего. Лейкоциты какбе стремятся намекнуть, что зря их недавно обругали. Типа насамделе, они там чего-то нашли и уже готовы сожрать. Ну посмотрим.

Что до эозинофилов, то этим явно выдали какой-то хавчик. А хавчик для них — продукты распада. А кто в нашем молодом организме может столь реактивно распадаться, да ещё без внешних факторов навроде химиотерапии? Правильно — опухоли могут так распадаться. Больше я так стремительно ничем не болею, даже кашлять не могу, не охота.

Показатели менделевиев «K», «Ca» и «P», тоже вполне указывают на распад. Да, пока что «какой-то». Поэтому жду грядущей томографии, которая покажет — распадается то что надо или просто мозг балласт знаний скидывает. Через месяц поеду. Предыдущая — февральская — ваще не порадовала, но она была в самом начале активной фазы лечения, можно сказать формально-контрольная.

Пруфы

Биохимия крови

Общая кровь

Письки

С Анатолием Нахимовичем это случилось — главврач передовой онкобольницы страны, всё же пришёл к успеху, парсеками шаги мерял. Подтянув упоротых поворят типа Сталика Ханкишиева-Циммермана и ботов, с их дутыми группами в фэйсбуках, к своему базару вокруг денюжек за пилюльки, Махсон таки сотворил из медучреждения медиацентр.

Просто задайте конкретный вопрос Яндексу о 62-й больничке. Например о каких-нибудь клинических испытаниях какого-нибудь перспективного препарата. Вот такой зоопарк выползает в ответ на «МГОБ 62 +Пембролизумаб» например:

Ни слова о лечебном процессе — это пять.

Пресс-секретарь из Толика так себе, но это успех. За неделю развернуть балаган на фундаменте онкоцентра, многого стоит. Место препода пиара ждёт своего героя.

Меня спрашивают об этом с той завидной регулярностью, которую стоило бы зарегулировать для вопроса «В какую из групп направили на этой неделе?»

Стучась к очередному купчишке и боярину, собирая очередную толпу страждущих тупо выжить, я добиваюсь замены расхожего пожелания онкодоходяге на другое. Сегодня желают так:

  • —  Надёжной долгой ремиссии, здравия и радости!
  • (сюда б ещё «выпьем за любовь», но тогда с авторскими всю оставшуюся не разгребёшься)

А хочу, чтобы так:

  • —  Пореже слов за рак, побольше новостей за очередного прирезанного ростовщика и менялу.

Потому что только после этого, начнут интересоваться по делу и желать не походя:

  • —  Очередного ярда в новую лабораторию тебе.

Пойду в субботу прогуляюсь к специалистам. Они там какой-то День Против Рака устраивают, посмотрю — что скажут про испытательные группы.

В этом вот положении, чего только не примешь за чудо. Положение такое положение.

Кароч, рыл нам нимношка жизни и нарыл нечто «Biocad», biocad.ru.

  • «Биотехнологическая компания BIOCAD — ведущая в России инновационная ... фармацевтическое и биотехнологическое ... одна из немногих в мире компаний полного цикла создания лекарственных препаратов ... предназначены для лечения самых сложных заболеваний, таких как рак, ВИЧ, гепатит, рассеянный склероз и т.д».

«Итэдэ» неожиданно включило в себя нечто совсем уж интересное: «Новое российское лекарство блокирует взаимодействие белков PD-1 и PD-L1 и активизирует иммунитет человека на самостоятельную борьбу с раком».

По описанию, это не что иное, как российский вариант Пембролизумаба (Кейтруды) — одного из тех препаратов, который учит иммунитет вкусу к распознаванию и поеданию раковых клеток.

  • «Препарат будет доступен для пациентов уже в 2018—2019. Он активирует внутренние силы организма человека на борьбу с раком. Лекарство на основе моноклональных антител, блокирует взаимодействие белков PD-1 и PD-L1, которое маскирует раковые клетки под здоровые. После нейтрализации PD-1, организм начинает распознавать опухолевые клетки как чужеродные и уничтожать их».

Закинул им простой и единственно возможный, в нашем случае, вопрос — сможем ли стать полезными друг другу. Ну там всякие испытания на тушках человека, вот это всё.

Сел ждать ответа. Надеюсь на лучшее. Надеяться на иное — было бы ни о чём.

2 февраля

Ответ воспоследовал — без шансов, набора в группы нет. Ок, будем поискать ещё. Тем более, что поползли слухи о проведении, отдельно взятым московским онкологом, клинических испытаний Кейтрудой. Прям вот здесь.

Все мои движения вокруг рака стоят на том, что я не верю в ущербность науки, науки советской, науки унаследовавшей советскую и вапщет мировую. Иначе, все действия по обращениям и лечению вполне научными препаратами — нелогичны и тогда закрывайте меня в дурку. А со мной и остальных онкопациентов.

До сего дня, я обращался к чиновникам и специалистам эпизодически. И это мало что дало в контексте намёка на старт системных исследований. С дня нынешнего, я буду круглые сутки обращаться ко всем институтам, научным научникам и государевым людям. И, по крайней мере, хотя бы на грамм добьюсь от этих лучших людей планеты — выползания из своих песочниц, ради коммуникативности друг с другом. А там уж и нам что-нибудь в иммунитет капнет.

Открытый Запрос о микробиологических исследованиях в области распознавания и блокировки функций жизнедеятельности атипичных клеток, вызывающих онкологические заболевания

Мы — пациенты редкого онкологического заболевания и не можем рассчитывать на лечение. Необходимость выживания требует от нас искать помощи у науки, как таковой.

Ситуация

Статистически, саркома «Эпителиоидная Гемангиоэндотелиома» встречается один раз на миллион опухолевых заболеваний. Характер приблизительности данных, говорит об отсутствии их консолидации и изученности. Первая научная онкологическая конференция по ЭГЭ, прошла только полтора года назад и обошлась без российских специалистов.

Фактически — лечения нет. Для приглушения роста опухолей, онкологи вынуждены идти эмпирическим путём, руководствуясь протоколами по приблизительным аналогам — Пазопаниб, Сунитиниб, Сорафениб, паллиативные резекции и трансплантации.

Такая ситуация — общее место для многих онкологических заболеваний.

И это в то время, когда современная микробиология способна воздействовать на межклеточные механизмы широким спектром методов. Только они могли бы остановить опухолевые процессы в их репродуктивных механизмах.

Взаимодействие

Мы не согласны на роль тихих, угасающих наблюдателей и не остаёмся в стороне. Мы уже ищем и не готовы верить в незаинтересованность науки. Её потенциала и ресурсной мощи государства достаточно для решения и более сложных задач.

Мы готовы ко взаимодействию с учёными, врачами онкологами, иммунологами, патологоанатомами, с правительственными структурами, отечественными институтами науки и международными научными организациями. Всюду есть специалисты способные понимать незащищённость каждого человека от подобных заболеваний.

Мы призываем вас ко взаимодействию.

Контактируйте с нами для выявления аспектов заболевания.
Обращайтесь к национальным ресурсам за средствами на исследовательские работы.
Привлекайте нас к клиническим испытаниям препаратов и методов воздействия на раковые клетки.

Получится у нас — получится у всех.

Контакты

Мы открыты для общения в нашей фэйсбук-группе RUEHEONCOLOGY: https://www.facebook.com/groups/rueheoncology/

Куратор группы — Антон Шигаев, город Москва:
+7 (926) 528-36-93
anton@shigaev.com
Пациент ЭГЭ.

Хватит уже по углам сидеть со своими эпителиоидными гемангиоэндотелиомами.

RUEHEONCOLOGY

Фэйсбук на сегодня толще всех и ещё подышит. Надо использовать — согласовывать протоколы терапии, отслеживать изменения, звать правительственные организации, онкологов, иммунологов, патологоанатомов, прессу, проводить фесты, разговаривать о себе с людьми.

Делайте себя интересными.

Иной раз дыбится последнее оволосение от некоторых из онкофорумных тем. Люди перекупают друг у друга химиопрепараты «на попробовать», грузят друг друга рассказами о чудо-врачах и мега-травниках, сыпят подъездными названиями диагнозов, в которые свято верят. В итоге — теряют на этом драгоценные дни, позволяя опухолям разрастаться до безумных стадий. И всё это вместо того, чтобы сосредоточиться на верной диагностике ради определения верных же препаратов.

Понятно, что сходу не всякий готов к тяжёлому лечению и подсознательно отвергает врачей. Но хотя бы для себя нужно понять — кто есть рак, откуда взялся и рассмотреть, чтобы знать кого душить.

Клетка любой ткани, под воздействием изменений внешней среды, имеет право задуматься об эволюции и попытаться приспособиться к ним, изменив свой код. И даже зажить собственной жизнью вместе с такими же, если найдут подходящее место в теле. Так возникают опухоли из ткани-мутагена — сгенерировавшей мутированные клетки.

Вычисляют её патологоанатомы, путём забора биоптата из конгломераций, подозрительно напоминающих опухолевые процессы.

Обычно для этого направляются на операции той или иной сложности — от гастроскопии до резекций. Иногда и анализа крови хватает. Потом патологоанатом забирает биоптат (кусок опухоли, в данном случае) у хирурга и несёт на стружку, затем на окраску, на стекло, под микроскоп и давай сравнивать увиденное изображение с чем-то похожим в каталогах патологий. У них целые стеллажи таких книжек. Есть и генетические анализы, наиболее точные. В общем, примерно такими путями определяется ткань, из которой мутировала злокачка.

Ну а дальше — работа опытных товарищей, обычно химиотерапевтов. Если есть в производстве препарат — угнетатель роста вычисленной ткани-мутагена и деньги на него, значит пропишут его. «Таргетный» называется. Нету такого — значит будет более общая химиотерапия, нацеленная на угнетение репродуктивной способности клеток вообще. Чтобы уж наверняка.

К сожалению, пациент далеко не всегда располагает информацией о наименовании своей опухоли, а значит и о её точном источнике. Бывает и так, что сходив на томографию, человек узнаёт, например, об опухоли в том же лёгком и успокаивается — «всё, у меря рак лёгкого, сейчас вырежу, прохимичусь и ок».

Конечно, опухоль желательно удалить. А если это невозможно? Останется химия, но какая? Химии «от лёгкого» не существует, но пройдёт много времени, пока больной доберётся до сути процесса. Сказать, например, «рак лёгкого» — не сказать ничего, ведь в лёгких множество тканей, способных выделить клетки-мутанты и развить свою раковую опухоль — хоть в самом лёгком, хоть где-нибудь ещё.

Гаданиями потенциально снижается возможность подбора верного препарата и терапевтической стратегии.

Поэтому лучше понимать ту цель, к которой, по возможности, нужно стремиться при диагностике — узнать ткань, из которой всё вылупилось. Бери свой биоптат и носись с ним по разным лабораториям, пока не выяснишь. Трёх-четырёх исследований — обычной гистологии, иммуногистохимии, генетического анализа — для исключения ошибки хватит с избытком.

К тому же, за пару последних десятилетий определилось несколько принципиально новых направлений разработки таргетных препаратов. Да и иммунологи не спят, почти уже приучили иммунные т-клетки распознавать врагов в клетках-мутантах и поедать их. И тут, без их точного определения, никуда.

Пару месяцев назад, когда стало уж вовсе подгорать, Анатолий Нахимович Махсон — главврач московской онкобольнички № 62 — включил Диаклетианчика. Императору истринского жилищно-оздоровительного комплекса невкатило работать вне ранее выторгованных исключительных налоговых преференций.

—  Я в таких условиях работать не буду, я мухожук.

Хотя в реале «уход» озвучен слеганцухи по-иначе: «Главврач Московской городской онкологической больницы №62 Анатолий Махсон больше не будет возглавлять медучреждение, однако может занять должность президента онкологической больницы. Об этом он сообщил корреспонденту Vademecum».

Ок, в чём проблема? Валишь — вали. Но не таков наш прыткий мальчонка с его многоходовочками. И заявление в ФСБ, поданное им на руководство Депздрава, посмевшего лезть со своими проверками — отнюдь не цель затеянного кипеша.

Но закономерность.

Целью остаётся бесконечность барагоза. Чем дольше протянется, тем толще профит — работа-то не стоит, а значит приносит. Так что заявочка — лишь абзац романа. Грядут ещё, смысл в самом процессе.

Признаки подготовки налицо, интернеты и каналы подорвало как с одного рубильника.

Чуть ни в один день стартанули закидывания интернетов воздыханиями «ой что же теперь будет», угрозы чинарям со стороны упоротых юродивых типа поварёнка Сталика Ханкишиева,* вбросы прокачанных мемов «реорганизация» и «оптимизация», мутка сайтов и соцгрупп от превентивно пострадавших, петиции президенту «Против какой-то там реорганизации МГОБ 62»... Вообще, сначала юродивые вопили «больницу закрывают», это уже после, когда по губам нашлёпали, стали пищать «извините, реорганизуют». Так или иначе, ходы неплохо выверены и направлены на обнажённую чувствительность онкобольных. То есть — на заведомо поставленных в безвыходное положение уже самим фактом страшного диагноза, готовых скушать любую плюху от Единственного Защитника.

Разработки интересны, но как и любые скороиспечённые вбросы «Navalner Style», наглушняк лишены аргументации, верь на слово и будь доволен. Кстати в данном случае, активно применяется модель «Недоговаривание»:

—  Мне не дают покупать пилюльки задёшево.
—  А?
—  В натуре. И от этого пострадают больные.
—  Ну ок, понятно. А где брал-то?
—  А кто вам сказал?
—  Ну вот бумажки тут, истекающие сроки годности, обход федерального закона, что-то пошло не так, пора завязывать и работать по закону, все дела.
—  А, да? Да, действительно...

Недельная пауза.

—  Да врут они всё!!!
—  Базару нет, Анатолий Нахимович. РБК с вами, на днях и пикетчики подтянутся.

А всего-то и нужно было — расписать всю ситуацию от и до. Дело обошлось бы без подъебонов со стороны откровенных врагов больнички и Махсона лично, а общественность — вся и уже по делу — впряглась бы за реально лучшую онкологичку страны. Теперь всё — зови парад уродов, включай махсоноведение.

В общем, накипи набралось сытно, плесени есть на чём продержаться. Да и опыта плавания хватает.

Махсон и его, откровенно скажем, слабоватые юристы-нахлебники — имели возможность не создавать противостояния? Имели. Хотя бы рассказом о том, как всё есть на самом деле. Сам видел: рты есть, звуки издают, бумажки пишут. Значит возможность имели. Но пошли путём наименее логичным и заведомо опасным для больнички и пациентов. Спрашивается — нахера?

Насчёт «слабоватых» я могу ошибаться лишь в одном случае — в том, при котором подача арбитражного иска на физическое лицо,** не была досадной ошибкой. Сюда же придётся плюсануть досаду от ошибки арбитражной судьи, принявшей сей иск — вне ангажированности, тупости, иных причин грубо нарушить профильное законодательство... Но тогда и на фантастику не потянет, это уже будут какие-то шизопатические бредни.

Всё просто. Мальчик в возрасте, старшими товарищами династически обученный, своих наработок тоже подмешавший. Кому, как не ему, быть сведущим в нерасторопности проверяющих надзорных и контролирующих органов? Кому как не ему не быть в курсе истинно синдроматичной оглядки каждого из офицеров на благодетелей своих тёплых мест? Когда каждую проверочку — на бумажечку и под микроскоп его же проверяющих. Тут уже не о следствии речь, а о желании побыстрее замять дело, либо скинуть «по подведомственности».

Так, например, поступают районные менты, дэпээсники, прокурорские, прочий детсад. Без личной перспективы, без угрозы огласки, никто из них не станет доводить до суда хулиганку, не начнёт расследовать угрозу убийством, тяжкие, а тем более менее тяжки. Господи ни приведи, если в поход за уликами потребуется оторвать жопу от кресла...

Грех же не попользовать таких способных.

Уважающий себя должностной пухлячок, в перечне забав обязан иметь и уход от крытки. Слинять сквозь множественные проверки разными инстанциями — милое дело. Множественные настолько, что способны превратиться в бесконечные. Ведь пока не закончатся, сказать что-то со стопроцентной уверенностью об исследуемом объекте — нельзя. Святое дело — бесконечно играться такими коллизионными противовесами в системе разделения власти.

—  А как же тридцать дней на заявление?

Да никак. Для затягивания всегда отыщутся, и «объективные обстоятельства», и «обстоятельства непреодолимой силы». Не хватит набора, начнутся ничем не ограниченные отъезды ключевых лиц на больничные. И так далее.

Способы будут множиться, пока не возродится система-сцепка, способная шлёпнуть по клешням заигравшимся пухликам. Но она должна понадобится императору. А пока император в нерешительности, тягаться ему с такими же императорами на местах.

Чего хотят, то и творят.

Залупается недовольный пациент? Строчит в Депздрав, из последних сил шепчет в Росздравнадзор, отчаянно стучит в админку президента? Беда, чо. Но не огорчение. Ну-ка быстро подать на него иск в суд за клевету и волокитить дело до безумства! Так можно снова и снова высовывать любому проверяющему кукиш с татухой «пошёл вон, правомерность наших действий всё ещё рассматривается судами, тише будь».

Новая беда — пухлику подогревает попку теперь ещё и кадастровая... Да мэрия даёт жару. А тут ещё очередное ведомство вынуждено рассмотреть обращения неравнодушных граждан... Проблема? Вообще не вопрос: Заткнуть холопов эфэсбэшной проверкой — как два пальца обоссать.

А там и по кругу.

Зря что ли офицеров от самостоятельности отучают? Конечно нет, на благо общему делу правящего класса. Без разрешения ни один из силовиков не доведёт дело до конца, ни-ни, так с шестидесятых повелось. А откуда таковому взяться при дойной корове типа больнички на платных услугах и тотальных налоговых льготах? Разве что с императорского соизволения, сиди и жди.

МГОБ 62 — уникальное медобразование, особенно в сравнении с большинством больниц. Персонал сделал то, что должен был и, по всему видно — ему просто не мешали работать. Тем более херово, когда такой организм становится заложником дури единиц.

____
*  Чёрт, начинающий обращение к читателям с нижеприведённого вступления, по моему глубокому и единственно верному убеждению, обязан с годик оттопыриться на койке под галочкой.

«Мне очень тяжело рассказывать об этом. Во-первых, потому что мы никогда не испытывали настолько сильной и продолжительной боли. Во-вторых, потому что я знаю — люди в Интернете намного подлее и злее, чем в жизни. Непременно найдутся подонки, которые постараются сделать нам еще больнее».

Сталик Ханкишиев, поварёнок Всея Руси

**  Статья 27.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

с В/В конечно же.

Растём. Подробности позже.

 
Ctrl + ↓ Ранее
Логоперс