17 заметок с тегом

Стихи

И вот теперь, исполненный седин,
гляжу в ковёр, не покидая ложа:
…гэбэшник Муромец, Добрынюшка раввин,
гей-активист Попович ибн Алёша.

акабанов

маленький мальчик ловил покемона
прыгал по рельсам жэдэ перегона
сзади гудок и звуки чучу
некому больше ловить пикачу

**
Из черняшек, с детства любимоэ короткоэ:

  • маленький мальчик нашёл пулемёт
  • больше в деревне никто не живёт

И такоэ:

  • маленький мальчик нашёл пулемёт
  • ту сто четыре в москву не придёт

Шикарная тупость и сестра талантов. Таков и любимый еврейский:

  • —  Борух, куда идёшь?
  • —  Никуда, иду домой.

Два.

***
Когда верхи дерев горят,
В низинах синь туман, —
За рядом ряд встаёт отряд,
Смоленских партизан.

***
Ехал Боря на Урал,
В Калифорнию попал.
Вот какой рассеянный —
Сын Сары Моисеевны.

Жил под фрейдововом бредом
От восхода до обеда.
Как закончился обед —
Фрейда нет и бреда нет.

cover black transparent

уступает небо винограда
время небу мёда-молока
звёздный баца собирает стадо
вот она, молочная река

утро в волосах твоих росится
в них туманы лентой заплести
где найти длинней твоих ресницы?
в Буковине целой не найти

видишь, месяц-шалопут уткнулся
головой рогатою в овёс
земляничины горят как бусы —
те, что из Метохии привез

помнишь, помнишь ли?.. ещё так рано
не словами — сердцем говори
только губы, терпкие как вранац,
лишь глаза, хмельные от зари.

Вил Филатов

В Новый Год так прикольно читать Капитанскую дочку,
Наблюдать за окном редкий, меленький, лёгкий снежок.
Ты проснулась и смотришь наверх в неподвижную точку,
Поднырни под меня, отвлекись от раздумий, дружок.

Ты не Маша Миронова, ты не степная мимоза,
Ты обычная милая и шаловливая дрянь,
Расскажи мне, что значит сия неприступная поза?
Ты такое творила вчера, мне прям совестно, Мань.

Я не Петя Гринёв, я желаю тобой упиваться
Безо всех этих вот политесов, дуэлей, стихов.
Я желаю с тобой от колен до пупа целоваться,
Я желаю объятий, слюней, сладострастных грехов.

Послюнявь же мне палец, чтоб я перекинул страничку,
Поднеси мне ко рту этот сочный в слезах пирожок,
Как люблю я тебя, мою юную алкоголичку! —
Все извивы твои, и салют за окном, и снежок.

__
товарищ Степанцов

Чжан Вебер

И вот ещё. Не могу найти вменяемое исполнение:

Стоит парень на пярроне


Стоит парень на пярроне
Усё рыло в муке.
В разноцветном балахоне,
С папиросой в зубе.

А мы это к парню подходим,
Говорим: «Как тя звать?»
В общежитию заводим,
Чтоб чувихам показать.

Как увидел он Маруську,
Ажно весь затрешшал,
Весь затрясся, как индюшка,
И такую речь сказал:

—  Ах, Маруська, ты, Маруська,
Разубей меня Бог!
Уложу свою я душу
У твоих увязных ног.

А Маруська отвячала:
—  Гы-гы-гы-гы-гы-гы!
Что ты голову морочишь,
Глазами делаешь кругы?

Ведь не могу я стать твоёю
Раззаконной жаной.
Меня любит Чёрный Сашка
И Валерка Молодой.

Они смелые робяты,
Они живо нас найдут,
Тебе выябут все кишки,
А мне морду набьют.



***

В васильковое утро белее рубаха,
В междучасие зорь самоцветна слеза.
Будет олово в горле, оковы и плаха,
И на крыльях драконьих седая гроза.

Многозубые башни укроют чертоги,
Где властители жизни — Епископ и Царь,
Под кандальный трезвон запылятся дороги...
Сгиньте, воронов стаи — словесная гарь!

В васильковое утро белее рубаха,
Улыбается печь и блаженна скамья,
За певучей куделью незримая пряха
Мерит нитью затон, где Бессмертья ладья.

На печной материк сходят мама и дед,
Облечённые в звон, в душу флейт и стихов,
И коврижное солнце крупитчатый свет
Проливает в печурки, где выводок слов.

И ныряют слова в самоцветную хлябь,
Ронят радужный пух запятых и тире...
О, горящее знамя — тигриная рябь,
Буйный молот и серп в грозовом серебре!

Куйте, жните, палите миры и сердца!
Шар земной — голова, тучи — кудри мои,
Мозг — коралловый остров, и слёзку певца
Омывают живых океанов струи.


***

«Младая память моя железом погибнет,
и тонкое мое тело увядает»...
— Плач Василька, князя Ростовского
«Мы своё отбаяли до срока —
Журавли, застигнутые вьюгой.
Нам в отлет на родине далёкой
Снежный бор звенит своей кольчугой»

Помяни, чёртушко, Есенина
Кутьёй из углей да из омылок банных!
А в моей квашне пьяно вспенена
Опара — для свадеб да игрищ багряных.

А у меня изба новая —
Полати с подзором, божница неугасимая,
Намёл из подлавочья ярого слова я
Тебе, мой совёнок, птаха моя любимая!

Пришел ты из Рязани платочком бухарским,
Нестираным, неполосканым, немыленым,
Звал мою пазуху улусом татарским,
Зубы табунами, а бороду филином!

Лепил я твою душеньку, как гнездо, касатка,
Слюной крепил мысли, слова слезинками,
Да погасла зарная свеченька, моя лесная лампадка,
Ушёл ты от меня разбойными тропинками!

Кручинушка была деду лесному,
Трепались по урочищам берестяные седины,
Плакал дымом овинник, а прясла солому
Пускали по ветру, как пух лебединый.



* * *
Из-под кобыльей головы, загиблыми мхами
Протянулась окаянная пьяная стёжка.
Следом за твоими лаковыми башмаками
Увязалась поджарая дохлая кошка, —

Ни крестом от нее, ни пестом, ни мукой,
Женился ли, умер — она у глотки,
Вот и острупел ты весёлой скукой
В кабацком буруне топить свои лодки!

А всё за грехи, за измену зыбке,
Запечным богам Медосту да Власу.
Тошнёхонько облик кровавый и глыбкий
Заре вышивать по речному атласу!



* * *
Рожоное мое дитятко, матюжник милый,
Гробовая доска — всем грехам покрышка,
Прости ты меня, борова, что кабаньей силой
Не вспоил я тебя до златого излишка!

Златой же удел — быть пчелой жировой,
Блюсти тайники, медовые срубы.
Да обронил ты хазарскую гривну — побратимово слово,
Целовать лишь ковригу, солнце, да цвет голубый.

С тобой бы лечь во честной гроб,
Во желты пески, да не с верёвкой на шее!..
Быль иль небыль то, что у русских троп
Вырастают цветы твоих глаз синее?

Только мне, горюну, — горынь-трава...
Овдовел я без тебя, как печь без помяльца,
Как без Настеньки горенка, где шелки да канва
Караулят пустые, нешитые пяльца!

Ты скажи, мое дитятко удатное,
Кого ты сполохался-спужался,
Что во тёмную могилушку собрался?
Старичища ли с бородою
Аль гумённой бабы с метлою,
Старухи ли разварухи,
Суковатой ли во играх рюхи?

Знать, того ты сробел до смерти,
Что ноне годочки пошли слёзовы,
Красны девушки пошли обманны,
Холосты ребята всё бесстыжи!

Вылезает и всё. Каждый раз. Или зимой, не помню.

***
Мишка, мишка, как не стыдно!
Вылезай из-под комода...
Ты меня не любишь, видно?
Это что еще за мода...
Как ты смел удрать без спроса?
На кого ты стал похож?
На несчастного барбоса,
За которым гнался ёж...
Весь в пылинках,
В паутинках,
Со скорлупкой на носу...
Так рисуют на картинках
Только чёртика в лесу.
Целый день тебя искала —
В детской, в кухне, в кладовой,
Слёзы локтем вытирала
И качала головой...
В коридоре полетела, —
Вот, царапка на губе...
Хочешь супу? Я не ела —
Все оставила тебе.
Мишка-миш, мохнатый мишка,
Мой лохматенький малыш!
Жили-были кот да мышка...
Не шалили! Слышишь, миш?
Извинись. Скажи: не буду
Под комоды залезать.
Я куплю тебе верблюда
И зелёную кровать.
Самый мой любимый бантик
Повяжу тебе на грудь:
Будешь милый, будешь франтик, —
Только ты послушным будь...
Что молчишь? Возмем-ка щётку —
Надо все соринки снять.
Чтоб скорей тебя, уродку,
Я могла расцеловать.


Саша Чёрный, 1916.

Вы знали, что поэтов продолжает у нас быть? Я тоже не особо, но друзья не дают пропасть в невежествах.

Когда-нибудь вакхане и самовыражение доведут меня до цугундера, а пока жизнь дразнит. Шива каким только боком ни поворачивается. Зачастил многоугольный боженька играть со мной в нитки, вожу я. Шпилево увлекательное, с призом. Играть полагается два захода — проинтуичить конец нужной нитки и тянуть, пока не доберёшься по узлам — откуда прилетело. Рвётся, вяжешь свой узелок, тянешь дальше. Присоединяйтесь, разочароваться не получится: прикол в известном результате. Как-то так выходит, что приз — друг, и всё чаще с бонусами. Чего бы каждый из вас мне не подкинул, всё одно: без шансов на левый подгон, не способны. Тяните нитки, крутите канаты, страшно будет только сначала: на другом конце мой щерящийся фэйс, попрошайничающий тортика.

Спасибо за поэта, на этот раз.

Ольга Чикина. Пистолет.

Сегодня я видел, как ты уронил пистолет.
Его засосало в песок под холодной водой.
ты пел, обратившись к заливу, об этой земле.
Залив отражался в медали твоей золотой.

В медали за стрррааашную битву с собой,
С собой, одиноким, не знающим, как тебе быть.
С собой, после битвы придумавшим слово «любовь»,
С собой, человеком, дошедшим до края судьбы.

Пойдём — здесь больше ничего не будет
в ближайшее утро, ближайшие годы.
Матерые хмурые люди
Мужского пола, редкой породы.

Когда мы ушли от залива по синим цветам,
За нами осталась прекрасная наша страна.
Стрекочущий воздух темнеет за нами, и там
Синеют цветы, под цветами ржавеет война.

Так ты отвернулся от неба в багровом плаще.
Так ты отступаешь к границе, где кончился век, —
Без женщины, без пистолета, без тёплых вещей,
С медалью за битву, такой ты теперь человек.

***

Такую суть бардом назвали. Чудаки.

 
Ctrl + ↓ Ранее
Логоперс